Газета Вилегодского района Архангельской области
2 мая 2015 г.
Главная Общество Семья, в которой было семеро детей, осталась в маленькой горнице…

Семья, в которой было семеро детей, осталась в маленькой горнице…

25 января 2014 года
Семья, в которой   было семеро детей, осталась в маленькой горнице…

Еще летом, когда начала подготовку к Дню Ильинска, и, работая над праздничным сценарием «В моем селе – моя судьба», я познакомилась с удивительной женщиной Антониной Александровной Климовой. Проживает она на одной из улиц райцентра - Заводской. О самых трагических моментах истории страны, которые круто изменили жизнь ее родных и близких ей людей, она и поведала.

Мама Антонины Александровны, Надежда Дмитриевна Пузырева, родом из деревни Роженец. Семья была большая, зажиточная, а самое, пожалуй, главное, читающая. Семеро детей и все грамотные были. После окончания четырехлетки церковно-приходской школы, Надежда без труда поступила в Сольвычегодское епархиальное училище, сдав с блеском все вступительные экзамены. Но отец, Дмитрий Александрович Пузырев, однако учиться не отпустил, сказав при этом: «А кто прясти-то будет?»
Мать Надежды – Анна Хрисантьевна – была неграмотная и кроме работы да заботы о детях ничего не видела. Своих дочерей она жалела, но мужу не поперечила, когда тот принял такое решение.
Дмитрий Александрович скупал у населения лен, скирдовал его, а потом продавал купцам. Вырученные деньги дома не хранил, а держал в Сольвычегодском банке, хотел открыть свое дело. Но помешала революция. Конфисковали все! От большого дома-пятистенка из четырех изб оставили семье одну маленькую горницу. А все остальные избы разобрали на вывоз. В одной избе сделали колхозные ясли, там же на Роженце. Из другой построили за Горожанкой дом на две семьи (на том месте (Госпитальная, 4), он и сейчас стоит. Одна половина его построена из конфискованной избы Пузыревых, и жил в ней начальник милиции Мирон Климов. Вторую половину дома собрали из конфискованных строений зажиточного крестьянина Собашникова, тоже с Роженца. И жил в ней начальник ИТР (исправительно-трудовые работы) Василий Николаевич Сухих.
Семья, в которой было семеро детей, осталась в маленькой горнице. Антонина Александровна, вспоминая это, вздохнула: «После раскулачивания кто куда подался. Маму мою Надежду Дмитриевну и тетку Олю дедушка сразу выдал замуж. Ольгу Дмитриевну – в Кулигу, а маму – в Путятино. Они ведь с моим отцом даже друг друга никогда и не видели.
Дед Дмитрий Александрович да папин отец Филипп Александрович – сами меж собой сговорились. Мама сначала поупиралась: мол, не пойду, но ее и спрашивать никто не стал. Просто объяснили о безвыходности ситуации, она и согласилась.
Свадьбу сыграли хорошую! Хозяйство у новых родственников тоже было справное, их сильно не раскулачивали, так «потрясли» немного. Тетка – Миропия Дмитриевна, тоже замуж пошла на Осиновец. На долю другой сестры – Анфисы Дмитриевны – лиха выпало немало. Она осталась одинокой, была участницей оборонных работ в Карелии, когда началась Великая Отечественная война.
Тяжело пришлось, конечно, деду Дмитрию Александровичу и бабушке Анне Хрисантьевне. Их арестовывали, вели долгие допросы. Спрашивали: «Куда капитал, золото спрятали?»
Однажды после очередного допроса дед решил: надо уезжать, в покое не оставят. Два сына Алексей и Михаил тоже решили уехать с Виледи. В то время многие бежали в Сибирь, надеясь обрести там свободу. Семья все равно была в списках на высылку в Печору. Бабушка Анна к тому времени уже тяжело болела. Сказалось все: и раскулачивание, и арест, и допросы. Держали-то арестантов в неотапливаемом помещении».
По словам моей собеседницы, вот и поехал Дмитрий Александрович с двумя сыновьями – Алексеем и Михаилом – в Сибирь, жизнь спокойную искать. Но пути-дороги их там разошлись. Алексей почти сразу же вернулся и поселился снова на Роженце в оставленной властью горенке, в которой так и жила сестра Анфиса. Следующим вернулся сам Дмитрий Александрович. Пожил немного у сына с дочерью и уехал в Кировскую область, поселок Виноградово. Этот поселок граничил с Вилегодским районом. К тому времени он уже был вдовец, так как Анна Хрисантьевна так и не оправилась после всех переживаний. Познакомился он там с женщиной, Клавдией ее звали. Ну, и через какое-то время стали они жить вместе. И опять он развел большое хозяйство.
А в 1939 году финская война началась, Алексея забирают на войну. И в то время из родных никто не знал, где находится еще один из сыновей Дмитрия Александровича – Михаил. Оказывается, судьба покидала его по разным местам. Где он только и ни был: и в Сибири, и на Украине, и на Северном Кавказе. Во время своих странствий Михаил Дмитриевич как-то сумел выправить себе новые документы, на другое имя и фамилию, ведь со старыми документами он оставался сыном кулака.
Имея на руках новые бумаги, был призван в курсантскую школу младших командиров полка горной артиллерии. И вот тут вроде бы жизнь начала налаживаться, но в декабре 1937 года его арестовывают и последующие 19 лет он провел по тюрьмам и лагерям. Прожив жизнь, он написал книгу воспоминаний «Мысли в смутное время», где подробно изложил не только свою судьбу, но и трагическую историю своего народа. Многие из нас знали этого умного, доброго и ироничного, любящего свою родину – Михаила Дмитриевича Пузырева. Читали и другие его книги.
А Алексей возвращается с финской войны и выкупает у колхоза ту избу, в которой были ясли. На лесозаготовках он знакомится с девушкой Ириной (она была из «высланных») и женится на ней.
Глава большой семьи Дмитрий Александрович к тому времени сильно заболел, тоже сказались на здоровье все жизненные перипетии. К тому же, человек жил с вечной думой: «Как же так? За что все это?» Такая большая семья была и никого рядом теперь.
Хотя Антонина Александровна поведала, что они, внуки, бегали пешком через Лисью Гору к деду в гости. Прямиком-то 16 километров было. И когда он совсем занемог, племянник жены Клавдии не захотел за ним ухаживать. Погрузил старого, больного человека на телегу и привез на Роженец. У огорода высадил старика, даже в дом не завел и уехал. Так и доживал он у сына Алексея.
Вот так, с болью и переживаниями, поведала мне Антонина Александровна о судьбе своей семьи. О своей бабушке Анне Хрисантьевне – «женщине добрейшей души». Мол, она всех приказчиков и работников кормила, самовар в доме никогда не остывал. О дедушке Дмитрии Александровиче, как об «…умном, деловом, умеющем работать на земле. О своих дядях и тетях. Но впереди нас ждет еще один рассказ: об отце, матери, братьях и сестрах.


Тамара БЕБЯКИНА
Фото из семейного архива Антонины Александровны Климовой
Продолжение
следует…
 

Комментарии (0)